Стратегии (не)модного выживания. Часть II, рассуждательная: куда всё катится

13e462148bd27cf889ac0412737eb29f

Итак! Продолжим, уважаемые, стричь наших баранов. Во вторых строках опуса хочу публично подумать на некоторые совсем уж апокалиптические темы. В частности: что будет, когда не будет совсем ничего? Это, кстати говоря, вполне вероятный сценарий – я в последнее время как-то не очень верю в то, что мода, дескать, велика и бессмертна, и никуда не денется. Денется. Ещё как. Я вот как-то так по-скромному начинаю подозревать, что мода в том виде, в котором мы её знаем и понимаем, вообще была (да, была) феноменом исключительно XX века, и за пределы оного ей перетечь, увы и ах, не удалось. Есть, конечно, глубоко оптимистичные точки зрения – даже отсутствие моды вполне можно считать модой – но из меня оптимист, знаете ли, хреновый. Если учитывать, что мода как искусство (а заодно и как способ самовыражения) на сегодняшний день уже благополучно померла, и на арену выходят совершенно иные коды, не имеющие ни малейшего отношения ко всякой ерунде вроде свежести идей и качества исполнения, то разговор о полной и окончательной гибели и ааавсёпропало… в общем, совсем не звучит таким уж притянутым за уши. Так что хочу высказать несколько предположений о дальнейшей судьбе пациента. Всё это в той или иной степени следует из ныне имеющейся ситуации – и да, конечно, это не единственно возможный вариант развития событий, просто мне на сегодняшний день именно такой сценарий кажется наиболее вероятным.

Continue reading “Стратегии (не)модного выживания. Часть II, рассуждательная: куда всё катится”

Advertisements

Стратегии (не)модного выживания. Часть I, практическая: что делать прямо сейчас

Screen Shot 2018-03-20 at 20.11.01

Browns London. Свеженькое.

 

w1900_q65

Net-a-Porter. Street, не поверите, style.

 

gucci-campaign-2

Gucci Spring 2018. Кросавчеги.

 

1620

Chanel Fall 2018. Обнимашки.

 

Я больше не пишу обзоров коллекций.

Да, я понимаю – тоже мне новость. (Подозреваю, это прекрасно видно по моему бложеку, хехе.) И тем не менее считаю нужным обосновать свою позицию. На мой скромный взгляд, профессия модного критика на сегодняшний момент пространства и времени – профессия… как бы это помягче сказать, очень странная. “У вас удивительная профессия – вы занимаетесь тем, чего нет”, – говорил персонаж Игоря Костолевского в унылом фильме “Гараж”, к которому я почему-то питаю малообъяснимую слабость. Так вот, уважаемые. Признаюсь честно – я больше не вижу никаких причин заниматься тем, чего нет. Нет и, по правде сказать, не будет.

Поясняю. Задача критика и аналитика (любого – в любом виде искусства, не только в моде) – извлечь из увиденного (услышанного, прочитанного) максимум как смысловых, так и эмоциональных составляющих и по возможности убедительно рассказать о том, из каких деталек, болтиков и винтиков состоит данное конкретное произведение, почему оно состоит именно из них и должно ли оно вообще из них состоять. Грубо говоря, тут не только можно, но и нужно выносить оценки – говоря топорным языком, “хорошо” это или “плохо”, и почему. Удалось ли автору из избранных им винтиков и болтиков создать нечто принципиально новое, стройное и цельное – каким-то своим способом переосмыслить много раз виденные элементы и в результате предъявить миру самостоятельное произведение? А уж сумевшие настрогать деталек совершенно новой, никем ещё не использовавшейся конструкции – это самые настоящие гении. Разумеется, само вынесение подобных оценок подразумевает очень немаленький уровень подготовки – тут и серьёзное знакомство с историей предмета, и умение видеть связи, как смысловые, так и эстетические, там, где их увидеть не так-то просто, и, наконец, сформированный на базе всего этого навык отличать хорошее от плохого, то есть понимание, почему, собственно, хорошее является хорошим, а плохое – плохим, и почему вместе им не сойтись.

Я думаю, вы уже начинаете догадываться, почему в контексте современной моды подобная работа невозможна в принципе. Да, ежели ты порядочный человек, нужно хотя бы пытаться ратовать за хорошее и обличать плохое, а не рекламировать проплаченное – но как определить это самое “хорошее”? По каким критериям? Правильно – для того, чтобы это хорошее в принципе существовало – и было полноправным участником модного процесса, а не просто болталось где-то на задворках! – нужны те или иные критерии и варианты нормы, от которых можно отталкиваться. Но что делать, если точки (точек) отсчёта более не существует? Точнее, они отчасти существуют, но подверглись – и всё ещё подвергаются – таким радикальным изменениям, что само обсуждение моды стало по сути своей занятием глубоко бессмысленным. Да, вы не ошиблись – даже простое бытовое обсуждение, а не только какие-то там аналитические опусы. Как прикажете поступать в ситуации, когда не просто плохое, а ужасное – мерзкое, бесталанное, нахально тупое и гордящееся своей тупостью – провозглашается полноценным и полноправным вариантом нормы? Дальнейшие события очевидны – меняется само понятие нормы, и меняется, возможно, необратимо. У любого анализа должен быть предмет. Нет предмета – нет и анализа. Ни на одном… ээ, изображении, которые вы видите выше, предмета для анализа нет. Это пустота, бессмысленная и беспощадная.

Почему я, собственно, это всё пишу. (да ещё и в двух частях, о боги.) Делаю я это с отчасти корыстными целями. Во-первых (в первой, то бишь, части), желаю поговорить о том, как в подобной более чем тяжёлой эстетической обстановке следует поступать в чисто практическом смысле. Выражусь ещё яснее – во что, девы, одевать себя, любимых, когда апокалипсис уже не просто пришёл, а живёт с вами в одном помещении и нагло ухмыляется вам в лицо? Я, конечно, ни в коей мере не претендую на сборник универсальных рецептов – но тем не менее озвучу ряд пунктиков, которые нашла лично для себя и которые, возможно, пригодятся кому-нибудь ещё. Во второй же части магнум опуса (если я её вообще напишу, ха) буду говорить о глобальных перспективах развития всего этого безобразия – а перспективы, на мой взгляд, очень и очень небезынтересные, хотя ничего весёлого и оптимистичного в ближайшем будущем ждать, конечно, не приходится.

Итак. Приступим к сугубо практическим баранам. Для начала хочу озвучить страшную и крамольную вещь, которую считаю обязательной к исполнению.

Приличному человеку всё вышеизображённое пристало игнорировать.

Continue reading “Стратегии (не)модного выживания. Часть I, практическая: что делать прямо сейчас”

Консультационное

ecdb8a4c4c92ae1cc2b816f155b0c3c0

У меня очень, очень сложные отношения с sales assistants. Они же ‘продавцы-консультанты’.

Надо признаться, в Литве у меня этой проблемы нет (почти). Атмосфера что в косметических, что в одёжных магазинах практически всегда приятная, расслабленная, почти домашне-уютная – оно, конечно, помогает, что многие продавцы знают тебя в лицо и здороваются. В результате моя избалованность и полное отсутствие выдержки в Лондоне. А выдержка там необходима – в комплекте с железными нервами, железным же самообладанием, умением защищать себя и отстаивать свои интересы в любой ситуации, чётким знанием того, за чем именно вы пришли и сколько намерены потратить (если вы всерьёз рассчитываете что-то там “повыбирать” у прилавка – это очень наивно), а также в идеале с очень недешёвым набором атрибутов, на первом месте из которых сумка, но часы тоже очень важны (да, всё это будет внимательно рассмотрено). То есть по существу идеальный покупатель – это киборг-отстрельщик с Биркин наперевес, в которого загрузили энное количество книг по interpersonal psychology. В первую очередь это касается разнообразных косметических лавок и прилавков, но и одежда, и прочие прибамбасы не отстают. Вам будет предложен (не на выбор, о нет) один из двух вариантов обслуживания – яростнейшая атака с полным игнорированием ваших робко вставляемых фраз или, если вам повезёт, столь же полное игнорирование вас в целом, очень часто щедро сдобренное ужасающим, просто подзаборного пошиба хамством, если вы всё-таки вынудите несчастного/несчастную обратить на вас внимание. Второй вариант будет практически безо всяких исключений предложен всем, у кого вышеупомянутые сумка и часы (а также одежда и обувь) не попадают в правильный ценовой сегмент, необходимый для начала атаки. Но если попадают… тогда держитесь. Я надолго запомнила милого, благообразного, уже немолодого дяденьку в Browns, который ходил за нами шаг в шаг и всё время что-то говорил – нет, мы ничего у него не спрашивали, более того, уже раза два сказали, что просто хотим посмотреть. Ага, щаз. После того как он, нимало не смущаясь и не обращая ни малейшего внимания на наши сдавленные протесты, развернул перед нами самую настоящую презентацию новой коллекции клатчей Olympia Le-Tan, пришлось спасаться бегством. Моя подруга-парижанка уже на улице изумлённо поинтересовалась – а как вы тут вообще что-то покупаете? Впрочем, о Париже я ещё расскажу отдельно.

Кстати – вы что же, уважаемые, думаете, что я шучу, что ли? Мда. В таком случае устраивайтесь поудобнее.

Continue reading “Консультационное”

Snowdrop (Perfumer H, Winter 2017)

Gainsborough, Thomas, 1727-1788; Mrs Mary Robinson (Perdita)

Thomas Gainsborough ‘Mrs Mary Robinson (Perdita)’, The Wallace Collection

 

Анализировать английскую парфюмерную традицию – по большому счёту неблагодарное занятие. В голову (и в нос) упорно лезет жалостный сухостой вроде разнообразных Пенхалигонов и Флорисов, визуальный ряд немедленно забивается моррисовскими завитушками и суровыми физиономиями прерафаэлитовских дивчин, а в результате не остаётся практически ничего, что, простите за прямоту и безыскусность, для начала хотя бы хорошо пахло. Нет, конечно, на сегодняшний день уже есть много стопроцентно британских брендов (кто может забыть Рожу Дава!) – только вот подавляющее большинство их произведений, увы, говорят о чём угодно, кроме непосредственно Англии, её атмосферы, её эстетики и поэтики, её, если угодно, глубинных пластов коллективного бессознательного. К примеру, в каких-нибудь Флоренции или Риме такого богатства – на каждом углу, хоть ложкой ешь, а уж о Франции в данном контексте даже и заикаться неприлично. Оно, конечно, понятно, что глубокий прирождённый аскетизм английской культуры сам по себе не подразумевает никакого особенного самовыражения, а уж беседы о таких сложных материях, да ещё посредством всякого фиглярства вроде парфюмерии… Однако же иногда, крайне редко, once in a blue moon, то один, то другой независимый энтузиаст вдруг возьмёт и выдаст неимоверной красоты и силы ольфакторное стихотворение, в котором будет всё, совершенно всё необходимое – и первозданные заросли кельтского леса, и скрывающиеся в его ветвях духи, и танцующие за невысокими холмами, за зарослями ежевики то ли дриады, то ли какие другие нимфы, и струящиеся в акварельный, многооттеночный закат странные, томительные обрывки несуществующих песнопений. (Не надо забывать, что покойный Маккуин тоже был “отсюда родом”.) Одно такое произведение мне попалось уже энное количество лет назад, и было для своего времени во многом шокирующе инновационным – Ormonde Woman. А другое… в общем, о другом я сейчас расскажу.

Continue reading “Snowdrop (Perfumer H, Winter 2017)”

Diptyque – Benjoin Bohème

9505c28ac146723f8ab14e2c8a90ccb1

…Квартира была на Rue de l’Université, со входом через внутренний дворик. Окна по счастливой случайности выходили на улицу, и вечером над одним из них горел фонарь. Квартира принадлежала французской аристократке – самой что ни есть настоящей. Поскольку в те незапамятные времена никаких аристократов – ни французских, ни каких бы то ни было ещё – я никогда не видела в глаза, перспектива поздороваться с ней и поговорить хоть несколько минут повергла меня в ужас, и я еле-еле пожала концы её холодных пальцев и пробормотала что-то неразборчивое, чем она явно осталась недовольна.

Квартира была свободна до осени – осенью в неё вселялся, кажется, племянник владелицы, собиравшийся учиться в Сорбонне. Но всю весну и всё лето она была совершенно свободна, и в ней было всё необходимое – и постельное бельё с фамильными гербами, красовавшимися посреди каждой наволочки, и сурово-ироничные, вполне осознающие своё место в общем контексте убийственно нестильной вселенной колченогие стулья восемнадцатого века, и перемигивающийся с ними письменный столик того же благословенного периода, за которым я писала, и фамильный же фарфор с тонкими, неведомыми райскими птицами, и почти не почерневшие от времени серебряные ложечки со всё теми же гербами, и старый паркет, и скрипучие дверцы шкафов… И вся эта квартира – как и все последующие парижские квартиры, в которых мне довелось побывать – была Benjoin Bohème.

У меня странные отношения с домом Diptyque – я его страстно и преданно обожаю, при этом подавляющее большинство его парфюмов не ношу и не собираюсь. Люблю я их в основном за прекрасные средства для тела и свечи, а также за то, что время от времени им почему-то блестяще удаётся при помощи той или иной композиции воссоздать атмосферу, которая, как мне кажется, непарижанам будет совершенно непонятна и потому малоинтересна. К примеру, 34 boulevard saint germain, с которым я никогда не расстанусь – действительно стопроцентно парижский аромат, воздух маленького сен-жерменского бутичка, причём не обязательно диптиковского. А теперь вот попался мне на мою голову Benjoin Bohème – и чувствую, что пропитаюсь им насквозь.

Не обольщайтесь – в Benjoin Bohème нет абсолютно ничего неожиданного, да и ничего особенно интересного, по большому счёту, нет тоже. И тем не менее это идеальное воплощение атмосферы – только на этот раз атмосферы жилой, пропитавшейся многими и многими поколениями, деревом старинной мебели и стен, амброво-сандалово-специевыми испарениями неспешно проходящего времени, пронизанного лукавыми лучами нежного парижского солнца. Особенно удачна здесь ангелика (я, кстати, только что с изумлением узнала слово “дягиль”) – именно эта сладковатая травность не даёт композиции скатиться к замкнутости, тяжести и клаустрофобии, приоткрывает тяжёлые дверцы шкафов и впускает открытое пространство, правда, открытое в меру. В общем, Benjoin Bohème – идеальная вещь для коллекционирования глубоко эстетических моментов. Гений места. Подавляющему большинству будет абсолютно неинтересен.

Weekend Pieces – The Paris Edition

afterlight

Да! У меня свободный, совершенно отпускной уикенд, и даже Джонни Халлидей мне не помешает. Как очень давний, долгий и прочный житель посетитель Парижа хочу предложить несколько своих любимых кусочков. Поскольку мне когда-то довелось даже для Офисьеля составлять гиды по Парижу, статус великого парижского знатока и гуру (гуры!) меня преследует постоянно, нависая над моей головой как кирпич на нитке. Не пугайтесь, Офисьель был литовский, но сути это не меняет – гура, ничего не поделаешь.

Вообще-то я мало писала о Париже в старом своём блоге, поскольку наивно полагала, что всё это, дескать, вещи более чем самоочевидные и всем известные, и кому это нужно. А оказалось… оо, в общем, я была глобально неправа. Оказывается, народ (нород. у меня хорошее настроение, терпите.) по приезде первым делом мчится в Лафайет, закупает макаруны в Laduree, гуляет по Champs-Elysees и не подозревает о существовании не только какого-нибудь там Jar или Berthillon, но и, страшно сказать, например, Маре или Орсо.

Это, кстати, совершенно не значит, что я вам сейчас подробно и с примерами поведаю, почему всё вышеперечисленное плохо и как надо делать хорошо. (Хихи.) Оно, кстати, не то чтобы однозначно плохо… Просто в Париже нельзя быть туристом. Туристом, по правде говоря, быть нельзя нигде, это великое зло – но в Париже туристом быть нельзя особенно, он с вами за это рассчитается с особо изощрённой ядовитостью. Но писать о том, что такое хорошо, видимо, всё-таки надо, так что ниже – первое, что пришло в мою укачанную Евростаром голову. Всё, что для меня так или иначе связано с Парижем.

Да, чуть не забыла! Раз уж такая пьянка, хочу предложить вам свой любимый, саморучно составленный парижский плейлист. Слушайте на здоровье, если пользуетесь Apple Music – никакими другими вариантами порадовать не могу, поскольку, к примеру, музыкальное меню Spotify явно составляли люди поистине интеллектуальные, понятия не имеющие, что мир велик и в нём есть много музыки помимо Эда Ширана и Роллинг Стоунз. Там всё самое красивое и изящное, что смогла выдать французская музыкальная индустрия за последние лет десять – и разумеется, там есть и Джонни, которого завтра понесут мимо меня по Елисейским полям и Конкорду к Eglise de la Madeleine, где унылый Макрон, только что похожим образом похоронивший последнего истинного француза Д’Ормессона, произнесёт погребальную речь. Учитывая, что французскую музыку я слушаю в количествах просто монументальных, Халлидея я, конечно, знаю давно, и мне (в отличие от, к примеру, напыщенного осла из Гардиана, автора некролога, который ему явно писать не хотелось) его истерическая популярность вовсе не кажется такой уж загадочной. Я не могу сказать, что страстно обожала его обильное творчество, но разгадку знаю. Джонни ничем, абсолютно ничем (разве что кроме харизмы и мощного вокала) не отличался от, к примеру, Марка Лавуана, Патрика Фьори или Флорана Пани, и самым лучшим и настоящим он был не играя в Элвиса, а подчиняясь великой французской традиции chanson, что, как известно, переводится как просто песня.

Continue reading “Weekend Pieces – The Paris Edition”

Эстетический вакуум

22217Lady6B2951IG

thesartorialist.com

Эту грустную думу я думаю уже достаточно долго. Связана она в первую очередь с тем, что я стремительно (и совершенно неожиданно для себя самой) теряю толерантность. В самом деле – всю свою сознательную жизнь и карьеру я была человеком более чем дзенского склада. Кто там во что одет, зачем и почему, и заботит ли данного конкретного индивидуума этот вопрос вообще… вот ей-богу, не было мне до этого практически никакого дела. Имеют право. Но вот в последнее время именно вопрос прав и их имения беспокоит меня нешуточно. В основном потому, что права правами, а имеем мы дело ни много, ни мало – с эстетической катастрофой глобальных масштабов.

Continue reading “Эстетический вакуум”

Зимние забавы

Я сейчас задам тупой вопрос. (и постараюсь сама дать на него ответ.) Bear with me.

Как совмещать длинные (Очень Длинные) волосы и тёплую, тяжёлую зимнюю одежду?

1a789043943c5170514541c7df6af86d

Вот вам хихи, а мне актуально. Проблема заключается в следующем: у меня длинные – да, Очень Длинные – волосы. В принципе никаких особенных трудностей они мне не доставляют – я их просто мою и то не всегда. Но вот когда приходит сезон обожаемых мною объёмных пальто и шуб – а я в этом вопросе страдаю нехилой гигантоманией – начинаются проблемы. Не, я, конечно, не спорю – это вполне может быть моим персональным брендом особо тяжёлой несообразительности. Но тем не менее. Куда их девать? Волосы, в смысле.

Углубимся в проблему. В пинтересте и подборках стритстайла на нас любуются девицы разной степени раздетости, в маечках на бретельках и шёлковых блузках, на которые небрежно наброшена та самая гигантская шуба. В принципе, кто бы спорил, я тоже так хожу. В таком виде очень удобно выйти из дома воскресным утром и, зевая, потащиться на бранч в Providores, или же, яростно размахивая шубой, хлопнуть дверью Убера перед носом бывшего бойфренда… Но. Как вы уже поняли, в таком непринуждённом виде я хожу в Лондоне. В Литве же (в которой мне тоже надо в чём-то ходить) мне холодно. Вот же святая наивность – ведь когда-то я всерьёз полагала наш климат мягким! И вот в этом-то месте как раз и подстерегают проблемы. Я вас уверяю – если ваши волосы не достигают и никогда не достигали даже вашей прекрасной попы, не говоря уже о том, чтобы дорасти, скажем, до её середины – подобные страдания вам незнакомы. А заключаются они в следующем: стоит мне надеть, скажем, огромных размеров дублёнку или не менее массивный пуховик и застегнуться на все пуговицы (потому что, сука, холодно) – Волосы Девать Некуда. Если их оставить сиротливо болтаться сзади (а они у меня совершенно прямые, безо всяких выкрутасов) – и в особенности если к комплекту прилагается ещё и шапка – на мой скромный вкус получается городская сумасшедшая. Если их блоггерски разделить на две половины и перебросить вперёд… ну ээ, с большой натяжкой терпеть это ещё можно (и то не с каждой верхней вещью), но вообще-то это всё та же городская сумасшедшая, только принарядившаяся.

Continue reading “Зимние забавы”

Tom Ford Fucking Fabulous

Tom-Ford-has-appeared-in-numerous-ads-and-commercials-since-he-was-young-900x675

Я заочно обожаю этого человека. Познакомиться с ним мне, увы, пока не довелось, но чёрт возьми, я ж прямо чувствую духовное родство. Во всей его изобильной деятельности и в каждом интервью сквозит лукавое и терпеливое презрение к дивному новому миру умственно стерильных созданий с сурово поджатыми губками, строго замеряющих уровни приличия и политкорректности вокруг себя и немедленно срывающихся в истерический лай при обнаружении малейшего источника неудовольствия. О, это поистине удивительный, ядерной ядовитости коктейль – абсолютное ханжество и мутно-грязная тоталитарность в сочетании с абсолютным же гедонизмом и святой убеждённостью, что весь мир существует только для меня, а значит, должен быть именно таким, как я хочу. Вообще, конечно, если концентрироваться на этом кошмаре слишком долго, можно сойти с ума. Берите пример с Тома – он вряд ли часто раздражается. Он шутит. И это, я считаю, более чем правильно. Над ними надо смеяться. Все попытки вступить с ними в осмысленный диалог всё равно обречены, так что смех тут – единственное действенное оружие, буквально экзорцизм, которым сущностей можно хотя бы попытаться загнать назад в их тёмные щели.

tfgq

Если кого-то всерьёз удивил сам факт появления Fucking Fabulous, хочу отметить, что эта выходка – наилогичнейшее продолжение всего неутомимого творчества Форда. Посмотрите на любую его рекламную кампанию, любой новый релиз, и всё сразу станет понятно. Если всё равно непонятно, хочу спросить – вы что же, всё это воспринимали всерьёз? Эти томно открытые рты, откляченные попы, гипертрофированный, буквально капающий с ресниц и губ макияж и, разумеется, сурово-высокомерный и уморительно нарочитый взгляд, которым на нас смотрит с рекламных изображений сам отец-основатель – вы правда думали, что он это серьёзно? Ну ребята, я вас умоляю. Не огорчайте старушку. Форд, кстати, в одном из интервью утверждал, что с большой радостью размещал бы на всех своих шедеврах половые органы крупным планом – а что такого? Это что же, не часть тела? Неужто кто-то из нас чего-то не видел и испытает шок от соприкосновения с сакральным запретным? Я, кстати, уходя немного в сторону, хочу отметить, что полностью с ним согласна. Вам не кажется несколько, эмм… странным, что вытеснять абсолютно нормальное и естественное в грязь и порнографию в нашей культуре считается вполне приемлемым и даже иногда похвальным, зато масса других, совершенно не порнографических культурных реапроприаций изображений человеческого тела находятся под строжайшим запретом? Впрочем, ладно, бог с ним – это тема для совсем отдельного большого текста, который я в силу неодолимой лени вряд ли когда напишу. Вернёмся к нашим баранам.

o.58288

Итак, Том шутит. Шутит он практически всегда и по любому возможному поводу, и Fucking Fabulous – никакое не событие, а всего лишь один из многочисленных его приколов. Самый громкий – да, пожалуй, но в теперешнем контексте это более чем правильно. Пахнет это, кстати, очень даже хорошо и интересно – у Форда не бывает компромиссов, так что если кто собирался это купить “за название”, в нагрузку получит странную кожу, пропитанную ядовитым гелиотропином. И братие! поверьте мне, что это тоже самая настоящая шютка – контраст гипермаскулинности и гиперфемининности, оба преувеличены донельзя, оба карикатуры, оба совершенно прекрасны в контексте нашего одновременно унылого и надрывного, окончательно заблудившегося в трёх соснах мирка. Великолепно, не правда ли? Жаль только, что кожа быстро выдыхается (на бумажке, по крайней мере – на себя я этот манифест наносить не решилась), и гелиотропин некоторое время буянит в одиночестве, и даже тоненькие взвизги шалфея не нарушают этой грубоватой помпезности. Потом и эта компания уходит, и в базе остаётся что-то совсем уже уютное и спокойное, амброво-боботонково-кашмерановое. Бал окончен, все персонажи светской хроники разошлись по домам.

Браво. Что тут ещё, собственно, скажешь. Хотя, конечно, реакции и “отзывы” (о боги, боги мои!) показывают, куда мы все скатились. Насчёт Фрагрантики у меня никогда не было никаких иллюзий, это ещё тот заповедник, но и немало вполне адекватного народу немедленно увидели повод скорчить букву Зю и помахать перед нею суровым пальчиком. Ай-яй-яй, низзя! Так их, Mr Ford. Посочувствуем человеку – ведь взвалил-таки на себя тяжёлую и неблагодарную работу разгребателя мусора, да чего там миндальничать, практически ассенизатора. А разве не в этом и состоит основная роль любого искусства – отделять зёрна от плевел, мм? Горжусь, что по мере своих скромных сил тоже участвую в этом нелёгком труде. Подождите – скоро я окончательно забронзовею, поборю силу энтропии, заведу наконец-то новый англоязычный блог и буду открывать гнойники секреты большого фэшена, попутно борясь с желанием превратиться в лондонского Салтыкова-Щедрина. Только вот носить Fucking Fabulous я, к сожалению, не смогу – тяжела шапка Мономаха, слишком массивно и весомо заявление. Похоже, парфюмерия нынче осталась чуть ли не единственной сферой человеческой креативной деятельности, где можно расслабиться и безо всякой боязни быть умным – мир настроен к тебе уютно и благостно, и все твои творения, даже явно издевательские, принимает более-менее спокойно, потому что априори считает тебя дураком.

The Weekend Pieces – 8 September 2017

После окончания одной главы должна неизбежно родиться другая. Правда, никто никогда толком не знает, какой она будет, а потому смутные томления и общая нервозность обеспечены. У меня завершился гигантский проект, длившийся более двух лет. Желаю завести какую-нибудь регулярную рубрику. Регулярность вообще вещь хорошая – это я поняла на собственном горьком опыте как человек, всю жизнь ненавидевший любые рамки и ограничения и жаждавший быть в свободном полёте. Ан нет. Свободный полёт требует… мало того, что самодисциплины, так и ещё адову кучу разнообразнейшей лабуды, в которую я сейчас вдаваться не буду. Итак – The Weekend Pieces. Название, думаю, само по себе всё объясняет, так что поехали. Лондонский уикенд с нежным вечерним небом и рассеявшимся дождём.

Continue reading “The Weekend Pieces – 8 September 2017”