Weekend Pieces – The Paris Edition

afterlight

Да! У меня свободный, совершенно отпускной уикенд, и даже Джонни Халлидей мне не помешает. Как очень давний, долгий и прочный житель посетитель Парижа хочу предложить несколько своих любимых кусочков. Поскольку мне когда-то довелось даже для Офисьеля составлять гиды по Парижу, статус великого парижского знатока и гуру (гуры!) меня преследует постоянно, нависая над моей головой как кирпич на нитке. Не пугайтесь, Офисьель был литовский, но сути это не меняет – гура, ничего не поделаешь.

Вообще-то я мало писала о Париже в старом своём блоге, поскольку наивно полагала, что всё это, дескать, вещи более чем самоочевидные и всем известные, и кому это нужно. А оказалось… оо, в общем, я была глобально неправа. Оказывается, народ (нород. у меня хорошее настроение, терпите.) по приезде первым делом мчится в Лафайет, закупает макаруны в Laduree, гуляет по Champs-Elysees и не подозревает о существовании не только какого-нибудь там Jar или Berthillon, но и, страшно сказать, например, Маре или Орсо.

Это, кстати, совершенно не значит, что я вам сейчас подробно и с примерами поведаю, почему всё вышеперечисленное плохо и как надо делать хорошо. (Хихи.) Оно, кстати, не то чтобы однозначно плохо… Просто в Париже нельзя быть туристом. Туристом, по правде говоря, быть нельзя нигде, это великое зло – но в Париже туристом быть нельзя особенно, он с вами за это рассчитается с особо изощрённой ядовитостью. Но писать о том, что такое хорошо, видимо, всё-таки надо, так что ниже – первое, что пришло в мою укачанную Евростаром голову. Всё, что для меня так или иначе связано с Парижем.

Да, чуть не забыла! Раз уж такая пьянка, хочу предложить вам свой любимый, саморучно составленный парижский плейлист. Слушайте на здоровье, если пользуетесь Apple Music – никакими другими вариантами порадовать не могу, поскольку, к примеру, музыкальное меню Spotify явно составляли люди поистине интеллектуальные, понятия не имеющие, что мир велик и в нём есть много музыки помимо Эда Ширана и Роллинг Стоунз. Там всё самое красивое и изящное, что смогла выдать французская музыкальная индустрия за последние лет десять – и разумеется, там есть и Джонни, которого завтра понесут мимо меня по Елисейским полям и Конкорду к Eglise de la Madeleine, где унылый Макрон, только что похожим образом похоронивший последнего истинного француза Д’Ормессона, произнесёт погребальную речь. Учитывая, что французскую музыку я слушаю в количествах просто монументальных, Халлидея я, конечно, знаю давно, и мне (в отличие от, к примеру, напыщенного осла из Гардиана, автора некролога, который ему явно писать не хотелось) его истерическая популярность вовсе не кажется такой уж загадочной. Я не могу сказать, что страстно обожала его обильное творчество, но разгадку знаю. Джонни ничем, абсолютно ничем (разве что кроме харизмы и мощного вокала) не отличался от, к примеру, Марка Лавуана, Патрика Фьори или Флорана Пани, и самым лучшим и настоящим он был не играя в Элвиса, а подчиняясь великой французской традиции chanson, что, как известно, переводится как просто песня.

Continue reading “Weekend Pieces – The Paris Edition”

Advertisements

Гордость и убеждения

There are few people whom I really love, and still fewer of whom I think well. The more I see of the world, the more am I dissatisfied with it; and every day confirms my belief of the inconsistency of all human characters, and of the little dependence that can be placed on the appearance of merit or sense.

2iapdw3

Вышеуказанную цитату я повторяю вслед за Элизабет практически всю свою сознательную жизнь. Впрочем, в последнее время мне кажется, что мудрость эту можно разложить на две далеко не равнозначные части, одна из которых неизбежно будет противоречить другой. Начнём с середины: inconsistency (точнее, то, что Элизабет под этим подразумевает) – пожалуй, чуть ли не самое интересное, что можно откопать в людях. Но боже ж мой, чем больше я живу на свете, тем больше убеждаюсь, насколько little dependence в самом деле можно place on the appearance of merit and sense! Это и вправду один из самых могущественных пиздецов человеческого сосуществования – впрочем, во времена Остин он имел несколько иные смысловые оттенки, но прелесть её лучшего произведения как раз и заключается в его абсолютной универсальности и всесторонней применимости что тогда, что сейчас. Но вот тут как раз и включается искомое противоречие: из всего вышеперечисленного нисколько не следует, что dissatisfaction with the world есть единственно правильный вывод и способ действий. А ведь не надо забывать, что это очень тонкий штришок к портрету героини. У Элизабет ещё не так уж много этого самого опыта, из которого она делает такие, казалось бы, проницательные выводы, и хитроумная Остин именно в этом месте начинает усиленно подмигивать читателю – ну что, действительно ли мисс Беннет мудра не по годам, или же в этом её высказывании скрыт подвох? Не сомневайтесь – скрыт. Конечно, все мы прекрасно помним дальнейшие события и знаем, где тут на самом деле порылась собака, не всё то золото, что блестит, ну и так далее. Но вот насчёт подвохов – оо! Они там ещё как скрыты. Причём практически в каждой фразе.

Continue reading “Гордость и убеждения”

Who’s gonna walk you through the dark side of the morning

Поразительное вещи происходят, ей-богу. Стала появляться музыка. Разная. Хорошая. С музыкой, со словами, полный комплект. Я уж не знаю, к чему это – не грядёт ли апокалипсис, в самом деле – но наслаждаюсь по полной, пока чудный мираж не испарился.

 

Who’s gonna walk you through the dark side of the morning?
Who’s gonna rock you when the sun won’t let you sleep?
Who’s waking up to drive you home when you’re drunk and all alone?
Who’s gonna walk you through the dark side of the morning?

Before Sunrise. Ethan Hawke про широту действительности

before-sunrise.jpg

Если кому интересно, вот тут http://www.rogerebert.com/interviews/the-present-and-future-ethan-hawke-on-the-before-trilogy Итан Хоук рассказывает про трилогию Before… и другие свои фильмы, например, Born to Be Blue, про который я слышу первый раз (позорище) и который надо срочно смотреть.

Я страстно обожаю Before Sunrise и Before Sunset. Это едва ли не лучшие из известных мне фильмов о… нет, честно, не могу я сказать, что они о любви. Это истории о смысле, который непременно нужно искать и находить в повседневности. Да собственно, и напрягаться-то сильно не нужно, смысл разлит в каждой капле солнечного света над Веной, Парижем, разноцветными греческими островами – и Хоук говорит именно об этом, точнее, рассказывает, как они все втроём с Жюли Дельпи и Ричардом Линклатером старались это поймать и передать на экране. Может быть, именно поэтому эти фильмы – ещё и пронзительное признание в любви Европе, из тех, что снимают только американцы. По крайней мере, мне практически не попадались европейские режиссёры – а уж современные не попадались точно – способные увидеть и запечатлеть вот эту обожаемую мной каждодневную поэзию, которой пронизаны улочки, древние площади и тротуары, залитые предзакатным – или предрассветным – светом.

BEFORE-SUNRISE-1.jpg

По этой же самой причине я очень не люблю последнюю часть трилогии – Before Midnight. Нет, в плане качества там всё в порядке, снято точно так же великолепно – но вот смысловая составляющая, уж не знаю, случайно или преднамеренно, там совершенно ужасная. Наши любимые герои внезапно оказываются мелкими и пустыми как барабан обывателями, не занятыми, по существу, абсолютно ничем и сливающими друг на друга своё раздражение от бессмысленности и пустоты жизни, которая, как им казалось, должна была быть полностью заполнена друг другом. Их финальный скандал на самом деле именно об этом (а вовсе не о сексе, использованном в качестве предлога) – где же, где потерянный смысл, и почему ты мне его не желаешь предоставить на блюдечке?? Бескрайние горизонты двух первых фильмов вдруг схлопнулись и исчезли, краски померкли, и мир – содержавшийся, конечно же, во многом внутри героев и видимый их глазами – стал маленьким, унылым, бесцветным и бессмысленным. Мне, кстати, совершенно непонятно, почему эта троица сделала именно этот более чем странный вывод из двух предыдущих фильмов и в третьем зачем-то напрочь лишила героев и глубины, и многогранности. Что они этим хотят сказать? Что подобная деградация и запустение – нормальны и естественны, все там будем? Нет, ребята – если вы действительно в это верите, то будьте добры говорить только за себя. А мне вполне хватит двух первых фильмов, которые теперь в очередной раз пересмотрю.

Искусственное. К вопросу о modern art.

ai-weiwei-dropping-a-han-dynasty-urn-19951.jpg

Ai Weiwei Dropping a Han Dynasty Urn, 1995

Ай Вейвей – просто божий подарок для арт-истеблишмента. Эксцентричный диссидент с большим талантом к самопродвижению, активно и громко озабоченный социальными и политическими вопросами – и при этом ни единой хоть сколько-нибудь интересной, глубокой или неожиданной метафоры, ни одной ценной жемчужины в заботливо и трудолюбиво сгребаемых кучах. Чего ещё можно желать? Такие люди очень нужны – их старательно выискивают всюду, немедленно подхватывают под белы рученьки и начинают продвигать всюду где только можно, потому что ну вот же, смотрите! все мы движемся поистине верным путём, только таким и может быть искусство, и даже в Китае это понимают. Многие из подобных “творцов”, впрочем, сами свято во всё это верят – такие особенно ценны, потому что тупы как пробки и опасаться с их стороны нечего. А вот вторая категория является для арт-рынка источником некоторого напряжения – ловкие коньюнктурщики, циники и провокаторы, прекрасно всё понимающие и занятые отрезанием себе большого куска сладкого пирога. Эти далеко не глупы, а значит, опасны и непредсказуемы – чёрт их знает, что могут выкинуть. У меня такое подозрение, что Вейвей скорее из таких. Правда, в этой категории попадаются и люди по-настоящему талантливые – навскидку вспоминается сотрудничавший с Леди Гагой Франческо Веззоли, истинный продолжатель дела великого хитреца Марселя Дюшана – а к таковым пекинский борец за идею ни в коей мере не относится. Что, конечно же, идёт и ему, и его нескончаемому творчеству только на пользу. Впрочем, тут, наверно, и не может быть иначе. Или ты активист, или big artist. Мне думается, спустя и две, и три сотни лет многие исследователи будут задумчиво чесать в затылках, уныло разглядывая вещественные доказательства существования нас с вами и пытаясь понять, почему политические протесты считались высоким искусством, искусство как таковое не ценилось вовсе и даже считалось вредным, а “ценные” идеи были ценными только потому, что исходили только от правильных, идеологически подкованных, нашедших единственное верное направление “талантов”.

In Space, No One Can Hear You Scream

 

blake-7-l

William Blake ‘The Number of the Beast is 666’

Чёрные солнца, красные демоны, боги, блохи и прочие чудеса Уильяма Блейка если и не послужили вдохновением для Ридли Скотта, то по крайней мере уж точно тихонько копошились где-то в глубине его подсознания при создании Элиена, простите, Чужого. Переводы с английского на великий и могучий меня практически всегда выводят из себя сверх всяких допустимых пределов (поскольку быстренько и услужливо, буквально в двух словах демонстрируют полнейшую безграмотность переводящего и его неспособность ориентироваться хоть в своём, хоть в чьём бы то ни было языке), но Alien’у неожиданно повезло. В данном случае “Чужой” – формулировка и вправду на удивление точная и ёмкая, вмещающая в себя все, эмм, малоудачные контакты маленькой группки усталых, скучных, ничем по существу в этой жизни не озабоченных обывателей с представителем поистине чужого мира. Чужого настолько, что команда потрёпанного космического грузовоза оказывается до труднопредставимых, запредельных степеней к оным контактам Не готова – не готова ни морально, ни духовно, ни тем более физически. Никак. Чем оно закончилось – думаю, всем присутствующим прекрасно известно. Пересказывать в стопятидесятый раз сюжет и обсасывать общие места вроде унылого феминизма и талантливого worldbuilding’а я здесь не буду. Поговорим лучше о другом. В конце концов, само название обязывает.

tumblr_lzaper6uwk1r43oy8o1_1280

Парадоксальным образом гигеровского Некронома, с которым сталкиваются непутёвые представители человечества, трудно назвать существом в прямом смысле слова злобным – мне он, по крайней мере, таковым не кажется. Отчасти его можно считать всего лишь очень умным, прекрасно развитым зверем, занятым, по существу, борьбой за территорию и уничтожением организмов, изначально представляющихся ему существами низшими. Тут, кстати, можно много наговорить о современных, простихоссподи, эко-активистах, страстных и совершенно пустоголовых природолюбителях (я, если что, в Англии живу, потому от этой категории населения страдаю ужасно). Природа – всякая, надо полагать, природа, флора, фауна и все остальные до кучи – этим очаровательным людям видится неким светочем истинного, непререкаемого добра, солнечной, нежной, утипусечной гармонии, который всё время стремятся уничтожить эти злобные, агрессивные мудаки со своими стейками и шубами. Каждому, конечно, своё, но вот я лично не считаю нужным тратить время на людей с IQ значительно пониже среднего по больнице – потому что только такие люди могут на полном серьёзе считать окружающий нас живой мир гротесковой комбинацией пасторалей 18 века и Hallmark’овских открыток. Да чёрт с ними, собственно – мне они вспомнились только в качестве занятного саркастического подтверждения, что к природе, как ни крути, не получится применить человеческую мораль (исторически, кстати, претерпевавшую значительные изменения), понятия о добре, зле, гуманизме и всё прочее, что нас от неё, природы, отличает.

neconom-iv-original

H.R.Giger ‘Necronomicon’

Alien – невыразимо мрачный, даже какой-то преувеличенно-потусторонний фильм. Мне кажется, Скотт всё время колеблется между двумя полюсами, двумя смысловыми вариантами этой истории, каждый из которых уводит повествование в свою сторону – и стороны эти, надо сказать, очень и очень разные. Первый – как раз о той самой животной, инстинктивной природе всего сущего, которая во многом лишает фильм огромного, жирного знака вопроса, постоянно проступающего сквозь мрак и угрожающе поблескивающие нагромождения металла. Второй имеет дело как раз с внутренней, скрытой, мистической, если угодно, блейковской стороной происходящего. Оба эти смысла явно противоречат друг другу. Проще говоря, если мы имеем дело с животными инстинктами, знак вопроса автоматически исчезает, и тьма начинает казаться банальной, искусственно нагнетаемой, лишней. Но вот потому-то авторов этой истории и дёргает туда-сюда, как паяцов на верёвочках – они явно не готовы отказаться от своего робкого “а если?” Потому-то сквозь всю ткань фильма и натянуты струны, идущие от одного смысла к другому и превращающие то, что должно было быть среднестатистическим жанровым кином, в шедевр на все времена, ни на миллиметр не уступающий, например, тому же “Солярису”. Если Некроном – всего лишь животное, он ведь по определению не может быть… ну, ээ, чем-нибудь другим? Правда же? И тем не менее тема столкновения с абсолютным злом, возможно, даже с самим прародителем оного звучит постоянно, глухим угрожающим фоном обволакивая незадачливый обслуживающий персонал “Ностромо”, не имеющий для подобных встреч ни малейшей подготовки. А собственно, почему? Неужели потому, что “поездка” из галактики в галактику ничем в их представлении не отличается от доставки фруктов из Калифорнии в Аризону или автозапчастей из Техаса в Иллинойс? Да, дорога редко бывает полностью безопасна. Вас может остановить корумпированный полицейский, ограбить ловкая проститутка или обмануть трещащий без умолку торговый агент. У вас даже могут, о ужас, увести весь грузовик целиком – нарвёшься на местную банду в каком-нибудь богом и людьми забытом селеньице, и привет. Ещё и по башке тюкнут, и проснётесь вы на следующее утро в захудалом местном госпитале, угрюмо размышляя о тщете всего сущего и давясь безвкусной овсянкой.

pilot_alien_043

Всё это, согласитесь, довольно неприятно. Особо впечатлительные люди даже, пожалуй, всё это как раз и назовут “злом”, возникающим подчас в самых неожиданных местах. Но это, разумеется, неправда. Зло – истинное зло – это не какие-то дяди и тёти, которые стремятся причинить вам вред и что-то в результате причинения оного поиметь лично для себя. Это всё шютки, неудачно образовавшиеся полнолуния и последствия тяжёлого детства участников. Зло – это нечто совсем, совсем другое. Зло в парадигме современной цивилизации – это нечто до такой труднопредставимой степени отличающееся от всех без исключения наших представлений о чём бы то ни было, что самим результатом его существования, побочным, так сказать, продуктом будет полное и абсолютное уничтожение всего того, что нам близко и дорого, включая нас самих. Оно может, впрочем, действовать и целенаправленно, вот только мотивы его в данном случае останутся для нас недоступными. Зло – это по существу всего лишь иная система координат, абсолютно несовместимая с нашей, для понимания – вернее, сорри, постигания – которой у нас попросту нет никаких механизмов. Уходя немного в сторону – именно поэтому человечество с самых что ни на есть младенческих лет своего существования испытывает такой неудержимый интерес к злу, рассматривает его со всех сторон (настолько, насколько это вообще возможно), со смесью ужаса и восхищения тыкает его в бока палочками философии, религии, науки, искусства. Зло непостижимо. Оно по определению находится в ином, недоступном для нашего понимания измерении. У нас нет инструментов для его постижения. Для сравнения – добро, точнее, все возможные конструкции “добра” мы составляем сами, исходя из своих собственных понятий о том, что именно является “хорошим” и “правильным”. Если иметь в виду, что у разных обществ эти понятия разные, и что, к примеру, внутри одного, отдельно взятого секулярного (для наглядности картины) общества понятия эти будут уморительным образом разниться даже от человека к человеку, картина получается более чем занятная и где-то даже трагикомическая. Притяжение зла во многом заключается и в его универсальности. Наши взгляды на “что такое хорошо” могут кардинально различаться, но стоит нам столкнуться с тем, от чего кровь леденеет в жилах – и всё сразу становится на свои места.

dust-lickers

Odd Nerdrum ‘Dust Lickers’

Наиболее талантливые произведения в жанре хоррор способны преодолеть границы оного жанра и благополучно обессмертиться именно благодаря вот этим двум важным составляющим – удалось ли авторам продемонстрировать тем или иным способом эту гипотетическую встречу с дьяволом, и можно ли эту встречу хоть как-то рационализировать, объяснить с доступных нам точек зрения. Можно – всё, пиши пропало. Я, кстати, не случайно всё время пытаюсь прилепить к этому фильму Блейка – идея не моя (см. ниже), зато правильная и точная. Некоторые исследователи полагают, что Блейк сумасшедшим вовсе не был (какая досада), а ни больше ни меньше – предвидел будущее, и даже очень отдалённое будущее, точнее, рано или поздно долженствующее взойти “чёрное солнце”, знамение встреч человечества с тем, что оно неизбежно окрестит абсолютным злом. Просто потому, что младенчество – и даже детство и юность – не самые подходящие периоды для постижения истин бытия.

Further reading:

Фантастической глубины и общей носоковырятельности статья про Элиена – тут: http://www.ferdyonfilms.com/2016/alien-1979/28779/ Там и Блейк, и Джозеф Конрад, и Гигер, и кислотная присоска – все удовольствия.

Также очень рекомендую вот эту занятную теорию о происхождении хоррора как жанра и особенностях русского менталитета: http://alexander-pavl.livejournal.com/156445.html На веру брать не рекомендую, бо оно местами довольно комично, но читается как песня. В комментариях тоже много интересного.